Ослепительным летним утром в стародачном Кратово Зинаида Францевна готовила к завтраку куриные котлетки. Марик, ее муж, обожал их и мог скушать много. Напевая над шкворчащей чугунной сковородой, Зинаида Францевна вдруг припомнила вчерашний вечер на соседней даче у Цыпиных, где подвыпивший Марик осоловело пялился в декольте племянницы Цыпиных – Верочки Шнайдер. Зинаида Францевна криво усмехнулась. Ее собственное декольте несколько поизносилось за долгие шестьдесят лет, и юные округлости Верочки показались ей горьким упреком.
«А как Марик завертелся на стуле, когда Верочка именно его попросила передать хлеб! А когда Верочка танцевала, Марик, как старый дуралей, поскакал за ней вприсядку! Все были скандализованы! Ну вот, началась тахикардия».
Зинаида Францевна, успокаивая разбежавшееся сердце, привычно сунула под язык полтаблетки валидола.
А когда они уходили домой, Зинаида Францевна точно видела, как Марик тайком поцеловал руку Верочки и, возможно, передал записку.
«Негодяй! Какой негодяй! Сегодня все соседи станут обсуждать этот позор! И это академик! Уважаемый человек! – Зинаида Францевна задохнулась от гнева. – Нужно срочно потребовать развод и разделить имущество. Пусть живет со своими верочками! – Злые слезы закапали в сковороду и зашипели. – Так. Квартира на Старобасманной – мое наследство, дача – его, от родителей досталась. Дальше – машина. «Волгу» он купил на премию за успехи в квантовой физике, это совместно нажитое имущество. Пополам! Стоп, мне машина нужнее. На чем же я на рынок стану ездить?»
Зинаида Францевна ловко переложила последнюю котлетку со сковороды в сотейник и выключила газ. Вышла на террасу и грузно села в плетеное кресло.
Разгулявшееся солнце теплым языком лизало старый дощатый пол. В солнечном пятне спала жирная Кошка Юля, имеющая в доме чисто декоративное назначение, поскольку мышей она в глаза не видела, а питалась исключительно продуктами высшего качества. Двенадцать лет назад Зинаида Францевна купила Кошку Юлю Марику в подарок на день рождения, и та сразу стала всеобщей любимицей.
«Юридически Кошка Юля принадлежит Марику, но фактически ее хозяйка– я. Кормлю, воспитываю, вожу к ветеринару. – Зинаида Францевна вспомнила, как протянула сонному, еще лежащему в кровати Марику, корзинку, и он с воплем восхищения достал худенького, с ярко-желтыми глазищами, черного котенка, похожего на крошечного чертика. – Ни за что Кошку Юлю не отдам!» – Она поднялась с кресла и вышла во двор.
Дом стоял на большом, в полгектара, участке в сосновом бору, где росли настоящие грибы.
Чудесный куст махровой сирени раскинулся прямо у крыльца. Этот куст Зинаида Францевна посадила собственноручно и лелеяла как собственное, увы, так и не рожденное дитя. Она любила вечерами сидеть на теплом дереве крыльца и курить, а сирень стрекотала цикадами, и сладкий дух от лиловых шапок соцветий навевал грезы.
Зинаида Францевна закурила сигарету и присела на ступени. Как картинки, пронеслись перед глазами воспоминания. Их с Мариком знакомство в институтской столовке, его нелепые трогательные ухаживания, знакомство с родителями, одобрившими дочкин выбор, свадьба, на которую пригласили даже стоюродных теток, непростая жизнь вместе со свекровью Цилей Иосифовной на даче.
«Дача! Конечно!!! А Верочка-то, какова! Мечтает заполучить их дачу, недаром она к Цыпиным прикатила из Саратова! Что же это получается: я сейчас с Мариком разведусь, она его быстренько захомутает, въедет сюда прямо от Цыпиных, а потом отравит и станет полноправной хозяйкой! Вот стервь! Нет, дачу ей оставлять нельзя, я собственной персоной отмывала ее и обустраивала. Ну, Верочка Шнайдер, я тебе покажу дачку!»
Зинаида Францевна смяла сигарету в пепельнице и решительно зашагала в кабинет мужа за книгой «Ядовитые грибы России».
Просто удивительно, сколько поганок росло на их участке! Зинаида Францевна быстро набрала полную кастрюльку, хорошенько промыла и поставила на плиту вариться. Через пять минут в кастрюльке забурлили страшные черные пузыри, и в кухне запахло смертью.
Блуждая в дремучих мыслях, Зинаида Францевна не заметила, как Марик, прошлепав босыми ногами, подошел сзади и чмокнул ее в затылок. От неожиданности она тяжело подпрыгнула.
– Зозулечка, а что это такое у нас вкусненькое? – Марик, вытягивая шею, заглянул в сотейник. Он очень любил вкусно покушать. – Ура, котлетки! Ты моя искусница!
Марик, ухватив котлету двумя пальцами, счастливыми глазами смотрел на свою Зозулечку.
«Он ничего не помнит!» – опешила Зинаида Францевна.
Сердце бешено дернулось и неожиданно успокоилось. Как ни странно, она не видела возраста Марика, ей он казался таким же, как и в молодости.
– Марш умываться! – Зинаида Францевна отобрала котлетку и поставила сотейник на слабый огонь.
– Зин, а чем это так пахнет?
– Это я народное средство пробую сделать. От артрита.
Марик ушел в ванную, а Зинаида Францевна, напевая, вылила грибной соус в помойное ведро и стала накрывать завтрак на залитой солнцем террасе.
